Однажды, придя домой после торговли, Илья
вошёл в подвал к сапожнику и с удивлением увидал, что за столом, перед бутылкой водки, сидит Перфишка, счастливо улыбаясь, а против него — Яков. Навалившись на стол грудью, Яков качал головой и нетвёрдо говорил...
Неточные совпадения
Прогулку сделали они недалекую: именно, перешли только на другую сторону улицы, к дому, бывшему насупротив гостиницы, и
вошли в низенькую стеклянную закоптившуюся дверь, приводившую почти
в подвал, где уже сидело за деревянными столами много всяких: и бривших и не бривших бороды, и
в нагольных тулупах и просто
в рубахе, а кое-кто и во фризовой шинели.
— Иным грушам, — начал он опять после небольшого молчания, — нужно некоторое время полежать под землей
в подвале, для того чтобы
войти, как говорится,
в настоящий свой вкус; моя покойница, видно, тоже принадлежала к подобным произведениям природы.
Городовые с своей ношей уже прошли весь двор и
входили в подъезд
подвала. Нехлюдов хотел подойти к ним, но околоточный остановил его.
Когда мальчики
вошли и следом за ними стремительно ворвались
в подвал белые клубы морозного воздуха, женщина обернула назад свое встревоженное лицо.
Но насмешкою было бы призывать мальчика к радости жизни, говорить ему о великой, священной самоценности жизни, даже если бы теперь же вырвать его из
подвала и вывести на воздух и солнце. Безвозвратно выпита из него живая кровь, выедена сила жизни.
В какой угодно обновленный строй он
вошел бы бессильным на счастье, и
в лучшем случае жизнь открылась бы ему только как веселая пирушка.
Я осторожно выбралась из дортуара, бесшумно сбежала с лестницы и очутилась на темной площадке — перед дверью подвального помещения. Здесь я перевела дух и, осенив себя широким крестом,
вошла в длинную, неуютную комнату, освещенную дрожащим светом ночника, где стояло не меньше сорока кроватей. Обитательницы
подвала крепко спали. Но риск оставался, ведь каждую минуту любая из них могла проснуться и, обнаружив здесь чужого человека, заподозрить меня
в чем только ни вздумается…
Меня попросили
войти из узеньких сеней налево
в какую-то странную комнату: она похожа была не то на
подвал, не то на чулан, почти без мебели, с голыми стенами; только на одной развешано было оружие: рапиры, перчатки и нагрудники для фехтования.
— Темно, как
в омуте, чёрт бы побрал купца Петунникова, — раздался молодой и весёлый голос, и
в подвал вошёл студент
в белом кителе, с фуражкой
в руке, гладко остриженный, с большим загорелым лбом, весёлыми карими глазами, смешливо сверкавшими из-под очков.
Хотя мог
войти в кухню, как и все — вместо того с трудом взлез на крышу
подвала, над которой светилось кухонное окно, и стал подглядывать: там что-то жарили, и суетились, и не знали, что он на них смотрит, — а он все видит.
Финкс проигрывает, мало-помалу
входит в картежный азарт и забывает про треснувшие стены гимназического
подвала.